"Что ни мужик - то вера, что ни баба - толк", - гласит старая русская пословица. Разнообразие естественно-географических и социально-экономических условий огромной Российской империи, существующие регионально-культурные отличия, в сочетании с постоянными контактами между старообрядческими центрами и районами, миграциями (добровольными и принудительными), - обусловили исключительное многообразие не только самих староверческих согласий и толков, но и присущих им культурно-бытовых установок и характеристик. К этому следует добавить отсутствие в структуре "бытового православия" четких границ между старообрядцами и остальным русским населением (Покровский, 1973), а часто и нерусским православным населением. (Ил.1). Сказанное делает затруднительным дать в небольшом разделе сколько-нибудь полный обзор обозначенной в заголовке темы, можно попытаться лишь обозначить её. В качестве модельного образца избрано Выго-Лексинское старообрядческое общежительство в Поморье (Выг, Выгореция, Даниловский монастырь - подробнее см. ниже), в применении к которому был впервые комплексно поставлен вопрос о культурном наследии староверов и его значение для народной культуры вообще. Относительно неплохо изучена выговская книжно-рукописная традиция, являющаяся системообразующим элементом старообрядческой культуры. В научных работах теоретической и практической направленности в разной степени получили освещение многие виды выголексинского искусства и рукоделий (Винокурова). В разделе также использованы материалы по другим старообрядческим центрам, как связанным с Выгом, так и автономным или оппонирующим ему.