Гуслицы

Так с давних пор называлась подмосковная местность в юго-восточной части Богородского уезда с прилегающими районами Рязанской и Владимирской губерний (территория части современного Орехово-Зуевского и Егорьевского районов Московской области) по реке Гуслице, притоке Нарской, впадающей в Москва-реку. Здесь в конце XVII - начале XVIII вв. селились беглые староверы-поповцы. В XVIII-XIX вв. в гуслицких селах и деревнях занимались торговым хмелеводством, производством роговых изделий (гребней), повсеместно изготовлением хлопчатобумажных тканей, реже шелка и канители, крашением тканей, их набойкой, добычей глины и изготовлением фаянсовой посуды, изделий из дерева (Ил. 45), извозом, торговлей. Специфическим отхожим промыслом гусляков являлось нищенство: отнюдь не из-за крайней нужды, а именно как промысел. В Гуслицах получили развитие иконопись, культовая меднолитая пластика), шитье), лестовок (старообрядческих четок). В 60-70-х гг. XIX в. в промышленной слободе Абрамовке функционировала подпольная старообрядческая типография крестьянина Е.П.Пискунова (Вознесенский, Мангилев, Починская. С.59). В районе Гуслиц было широко распространено искусство переписки и украшения книг. Особенно известны были певческие (крюковые) рукописи гуслицкой работы (Агеева). "Гуслицкая" манера оформления книг сложилась к последней четверти XVIII в. От поморского полуустава почерк гуслицких рукописей отличается некоторой вытянутостью, наклоном букв и большей их толщиной. У инициалов нет длинных орнаментальных веток-отростков, а лишь один пышный стебель-цветок вьюна, расположенный рядом с инициалом. Внутренняя часть букв, объемных и широких, декорирована золотыми и цветными завитками орнамента. Самая заметная особенность, характеризующая гуслицкий орнамент - цветная штриховка, употреблявшаяся художниками для моделировки объемов или при раскраске элементов украшений. В заставках, инициалах и книжной миниатюре гуслицкой школы часто применялись яркие синий и голубой цвета. Таких сияющих синих красок в сочетании с обильным золочением нет ни в одной из старообрядческих рукописных школ. (Ил. 46).

В Гуслицах сложился своеобразный очаг производства рисованного лубка. Местные мастера хорошо знали поморские картинки, однако старались ни в чем не повторять выговские лубки. Произведения гусляков отличаются полной самостоятельностью в компоновке текста, декоративном обрамлении листов и прочем. Названия листов пишутся не вязью, а крупным полууставом яркой киноварью. Как и в гуслицких рукописях декорировка инициалов - главный предмет забот художников здешних картинок. Гуслицкий рисованный лубок демонстрирует тесную связь с иконописью: в размещении сюжетных эпизодов в отдельных клеймах, моделировке одежды, изображении архитектурных сооружений, деревьев (Ил. 47). Гуслицкие иконописцы работали далеко за пределами родных мест. В конце 40 - начале 50-х гг. XIX в. на Среднем Урале власти выявили свыше двух десятков гусляков, по много лет занимавшихся писанием икон в Екатеринбурге (более десяти человек), в Нижне-Тагильском, Невьянском, Верхне-Тагильском и других заводах. Их заказчиками были не только старообрядцы, но и православные. Среди этих иконописцев - Устин Васильев, который, возможно, является соавтором подписной рисованной картинки с изображением птицы Алконоста, датированной 1845 г., но не определяемой по месту изготовления (Иткина, кат. 132; парная к ней картинка с птицей Сирином. - Там же. С.155, кат. 129). Многие гуслицкие иконописцы занимались также перепиской певческих книг. (Ил. 48).