 |
36. Портрет Н. Н. Демидова. — Столица и усадьба, 1916, № 67. Литография, 1815 г.? Россия.
Справа от Демидова стоит малахитовый стол на трёхгранной ножке.
По “Описи вещам Н. Н. Демидова”, составленной в декабре 1815 г., дом Демидова располагал самой большой коллекцией малахитовых изделий в России. В ней значились:
“40 Пориор (парюр. — В. С.) малахитный с двумя замочками (одного камня нет).
41 Гребень головной малахитовый.
42 Бусы на шею малахитовые.
70 Табакерка четвероугольная малахитная в золотой оправе.
433 Большой богатой малахитовый с золочёною бронзою круглой стол со всеми к нему принадлежностями.
434 Маленький малахитовый столик на пьедестале золочёной бронзы.
435 Перед для камину малахитовой с золочёною бронзою изображающей Триумф Траяна.
436 Две большие малахитовые вазы украшенные золочёною бронзою.
437 Большие малахитовые часы с тремя фигурами золочёной бронзы (для коих колпак стеклянный).
438 Часы маленькие малахитовые, с золотою бронзой.
440 Четыре большие чёрной бронзы фигуры. Два Меркурия и две Гебеи держащие каждая по канделябру о двенадцати подсвешниках золочёной бронзы на богатых малахитовых с бронзою пьедесталах.
441 Две фигуры золочёной бронзы. Нимфы держащие жирандоль формою гирлянды на пьедесталах малахитовых украшенных бронзою.
515 Одна чернильница малахитовая с золочёной бронзой.
516 То ж чернильница амур, держащей часы, на малахитовой дощечке.
517, 518 Два подсвешника фигуры золочёной бронзы на малахитовых дощечках.
519, 520 Две фигуры золочёной бронзы с большими жемчужинами на малахитовых с бронзой колоннах.
521, 522 Две фигуры золочёной бронзы мужик и баба русские на дощечках малахитовых.
523 Одна фигура золочёной бронзы мужик играющей на балалайке на малахитовой дощечке.
524 Две фигуры золочёной бронзы Венера и Адонис целующиеся на круглой малахитовой дощечке.
525 Одна фигура на коленях золочёной бронзы с малахитовым яичком тож на малахитовой дощечке.
528 Фигура Слава позолоченной бронзы на малахитовой дощечке.
533 Фигура золочёной бронзы Купидон катит бочку на малахитовой дощечке.
534, 535 Две фигуры золочёной бронзы Амуры на малахитовых дощечках.
536 Две малахитовых треугольных дощечки.
538 Часы формою колесницы Амура везёт Лебедь золочёной бронзы на пьедестале малахитовом.
564 Одна малахитовая (шкатулка. — В. С.), на крышке антик”.
ЦГАДА, ф. 1267, оп. 7, д. 1542. |
 |
38. Вид Полицейского моста на Невском проспекте через Мойку. — Из книги: Божерянов И. Н. Невский проспект. Культурно-исторический очерк двухвековой жизни С.-Петербурга. Т. 1. Спб., 1903. Гравюра Дюбурга по рисунку Морнэ. XIX в. С-Петербург, Россия.
К середине второго десятилетия XIX в. частные мастерские Петербурга подхватили эстафету европейской обработки малахита. Камень приобретал всё более устойчивый спрос на рынке роскоши. Его присутствие становится почти обязательным в декоративном убранстве дворцов и богатых особняков. В это время он был ещё очень дорог и доступен лишь наиболее состоятельным фабрикантам. Одним из таких был Корбио — владелец крупного магазина, последовавший примеру Демидова и открывший торговлю малахитовыми вещами, но в отличие от Демидова сделавший ставку на русских и наёмных, из иностранцев, мастеров Петербурга. В 1814 г. малахитовые вещи делает бронзовая мастерская Андреева, позже — мастерские Супана, Филиппо. С конца 1820-х гг. с малахитом начинает работать скульптурная мастерская Викентия Мадерни, расположенная на Невском проспекте, 15. Со временем она стала одной из ведущих малахитных мастерских Петербурга. В 1820 г. как об опытном мастере-малахитчике, работающем на скупщиков, современники отзываются о Фёдоре Шубине, мастерская которого была близ Полицейского моста:
“У Полицейского моста, в доме Дементьева, на дворе, под лестницею, живёт гранильщик Федор Михайлович Шубин. Надобно иметь необыкновенную зоркость, чтобы порядочно различать в его тёмном чулане, сыром в летнее и холодном в зимнее время. Со всем тем из сего подвала выходят лучшие малакитовые, яшмовые, порфировые, лапис-лазоревые изделия, украшающие великолепные магазины Корбио и проч., кои покупаем мы за парижские и сожалеем, что иностранцы из нашего материала умеют творить столь превосходные вещи! Узнав трезвость Шубина, его степенное положение, его честные правила и любовь к тихой семейственной жизни, я удивлялся, почему он, с его трудолюбием и отличным искусством, столь у нас ещё редким, живёт в бедности? — Оттого, отвечал он, что в магазинах платят мне очень дёшево за мою работу, и я, при всей неутомимости в трудах, едва имею способ содержать себя с семейством и уплачивать Государственные подати. “Да для чего же ты, Фёдор Михайлович, говорил я, не продаёшь сам свои изделия по господам?” Эх, батюшка, отвечал он мне со вздохом, я это пробовал, носил свою работу по знатным домам: но что же вышло? — находили, что всё было сделано хуже, без вкуса, несравненно ниже и дороже подобных же вещей, продаваемых у мадам К…, и работанных в Париже, и давали цену самому мне внаклад. Тщетно теряя таким образом дорогое время, я принуждённым находился продавать свои изделия за дешёвую цену в магазин, откуда те же самые господа, как я узнал после, покупали их вдвое дороже, чем я просил с них!
Шубин два года сряду занимался работою знаменитой малакитовой чаши, купленной за 37 000 рублей датским посланником, графом Блюмом у Филиппо, у коего 8 лет жил он в работниках. Чаша сия доселе есть единственная величиною и красотою своею. Окружность её пять аршин, а вышина две четверти аршина. Малакиту употреблено на неё 15 пуд! Другое изделие его, не менее прекрасное, — малакитовый стол — длиною 2 аршина, шириною 1 1/2 арш., а весом 4 пуда, — увезённый в Англию великобританским посланником. Его же работы продан во Францию стол из драгоценного лапис-лазори, имевший в диаметре целый аршин.
Шубин — государственный крестьянин Вологодской губернии. Ремеслу своему выучился он у известного Супана, у коего жил 9 лет. Теперь отделаны Шубиным две небольшие прекрасные малакитовые чаши на пьедесталах, кои отдаёт он весьма сходно. Советую господам любителям не мешкать их приобретением, доколе вынужден он будет отнести их к мадам К…, где за них заплатят они двойную цену; впрочем, всё это обойдётся дешевле, чем мраморные антики, покупаемые ими у здешних италианских скульпторов, — антики, искусно вымытые табачным рассолом!” — Отечественные записки, 1820, ч. 3, № 5, с. 84—87. |