“Русский Художественный листок, издаваемый В. Тиммом” (1851, № 13, 1 мая): “Из вещей, приготовленных для Лондонской выставки на фабрике малахитовых изделий господ Демидовых, мы в настоящем нумере представили только пожертвованные А. Н. Демидовым в пользу лотереи Детских Приютов… Малахит, из которого изготовлены были на фабрике различные изделия для Лондонской выставки, добывается в Нижнетагильских заводах господ Демидовых (в Пермской губернии) и открыт в 1814 году. Добыча малахита из этого рудника началась с 1834 года. Исключая изящного малахитового камина, бывшего на с-петербургской мануфактурной выставке 1849 года, на фабрике исключительно занимались изготовлением вещей для выставки всемирной. Предметы эти были выставлены на несколько дней для осмотра на самой фабрике, в конце апреля, и обращали на себя внимание всех посетителей изящною отделкою и искусством, с каким был подобран рисунок в малахите. Всего вещей изготовлено на фабрике для отсылки в Лондон числом 76, на сумму 131 910 р. Исключая шести стульев, образец которых представлен на рисунке, особенно замечательны по своему великолепию и цене малахитовые двери, стоящие тридцать пять тысяч рублей серебром, четыре большие вазы различного вида, ценою от пятнадцати до двенадцати тысяч рублей серебром, камин в десять тысяч и множество других замечательных вещей, из которых некоторые выделаны из цельного малахита”.

“Санкт-Петербургские ведомости” (1851, № 136, с. 1—3): “… В самой глубине этого (Русского. — В. С.) отдела возвышается исполинская малахитовая дверь, обложенная по сторонам бархатом гранатового цвета, ещё более возвышающим её красоту. Эта дверь могла бы служить великолепным украшением во дворце самого могущественного государя. Из того же драгоценного материала сделаны четыре огромные вазы и камин самой превосходной работы. Ожидают доставки ещё нескольких изделий из малахита, которые пополнят эту редкую и любопытную коллекцию”. Цитируя “Daily News”: “Русское отделение было в прошедшую субботу сборным местом для всех посетителей Кристального дворца. Различные вещи из малахита при выгодном размещении их производят чудный эффект, а контраст между цветом этих вещей и алым цветом обоев той комнаты, в которой они выставлены, придаёт им вид необыкновенного великолепия. В числе их находятся между прочим кресла, рисунок которых превосходен, и великолепный стол, с разными другими принадлежащими к нему вещами, также из малахита. Все эти предметы оценены таможней в 20 000 фунтов стерлингов…”.

“Санкт-Петербургские ведомости" (1851, № 156, с.1—2), цитируя “Morning Post”: “Первое место между русскими произведениями, как по богатству, так и по изяществу, бесспорно принадлежит произведениям из малахита. Великолепие, изумительная оконченность и вкус, с которыми обработан этот драгоценный материал, составляют вместе ещё невиданное до сих пор явление в истории искусства. Малахит (чрезвычайно редкий минерал, основа которого состоит из меди) приличен более других веществ для изготовления предметов, в которых роскошь должна соединяться с изяществом. Плотность и нежность его поверхности допускают крайнюю степень политуры, а исполненная прелести живость красок и естественное разнообразие рисунка представляют художнику неограниченное поле для произведения удивительнейших эффектов; сверх того, бесчисленные оттенки этого цвета придают произведениям из малахита особенную прелесть и гармонию, между тем как в других металлах, употребляемых для украшений, нет этих преимуществ, потому что почти невозможно избежать при их применении некоторого однообразия или пёстрого, неприятного для глаза контраста цветов. Редкость малахита также принадлежит к числу важнейших качеств, отличающих этот минерал. Находят, правда, следы его в большей части медных рудников, но в течение столетия и нашли только два или три таких рудника, из которых могли извлекать куски малахита, годные для обработки. Английские рудокопы также нашли в течение своих неутомимых поисков в Британских владениях в Австралии несколько глыб малахита в одном из тамошних рудников; эта находка даёт повод к надеждам в будущем, но до сих пор одна только Россия доставляет этот драгоценный минерал тем немногим художникам, которые занимаются его обработкою.

Между тем рудник, из которого Англия, Италия и Франция постоянно черпали нужное количество малахита, совершенно истощился, но лет за 25 пред сим, в одном из рудников господ Демидовых, доставлявшем до тех пор только небольшие куски этого минерала, нашли целую глыбу, превосходившую по величине и красоте всё до тех пор виданное. Она не только поступила на изготовление великолепных колонн для Исаакиевского собора в С.-Петербурге, но от неё осталось ещё столько, чтобы изготовить на собственной фабрике, находящейся в самом Петербурге, все прекрасные вещи, которым удивляются теперь на всемирной выставке; сверх того они достойны ещё особенной признательности, потому что как по внутреннему своему достоинству, так и по дорогой обделке представляют собой очень значительный капитал. Истощение рудника и трудность найти покупщиков для таких дорогих вещей остановят, вероятно, на долгое время приготовление новых вещей из малахита и весьма вероятно, что выставленные в настоящее время в Кристальном дворце предназначены занять в воспоминаниях место, которое принадлежит им, как одним из самых удивительных и редких явлений на выставке всех народов. Большую малахитовую дверь ценят в 6 000 фунтов стерлингов, а некоторые столы и вазы в 2 000 гиней.

Если можно с одной стороны причислять успех русской промышленности превосходству материалов, то нельзя не сознаться в том, что главнейшие элементы этого быстрого успеха заключаются в рвении и искусстве, с которым русские горные инженеры исполняют возложенную на них важную обязанность, следя шаг за шагом за развитием промышленных наук в Западной Европе и распространяя их в отдалённейших местах Уральского и Алтайского хребтов”.

“Санкт-Петербургские ведомости” (1851, № 165, с. 1—3): “… многие же сочтут невозможным для нашего отечества первенствовать или даже соперничествовать с другими государствами, особенно с Францией, законодательницею вкуса и моды; но наше мнение, наше убеждение проистекают не из одного чувства патриотизма, конечно очень простительного. Сознание нашего первенства на постоянное внимание публики, которая толпами сбегалась смотреть на малахиты… В самом деле каждая вещь, каждое изделие, находящееся в северной части Русского отделения, где соединены преимущественно objects d’arts, есть перл выставки. Но как трудно удовлетворить вкусу и требованиям всех, в особенности требованиям журналистов. Отдавая полную справедливость нашим изящным произведениям, они находят, что эти произведения слишком хороши и слишком огромны, что они назначены украшать императорские дворцы, а не жилища частных лиц; эти люди не понимают, или лучше сказать, не хотят согласиться, что не только русский барин, но и наш зажиточный купец живёт пошире и пораздольней многих английских лордов и джентельменов”.

“Санкт-Петербургские ведомости” (1851; № 166, с. 1—2): “Малахитные изделия фабрики господ Демидовых, известные многим жителям С.-Петербурга, которые вполне оценили их до отправки в Лондон, приводили и приводят в восторг и удивление всемирную публику, толпами теснящуюся в Русском отделении, чтобы видеть это чудо Хрустального дворца. Переход от брошки, которую украшает малахит, как драгоценный камень, к колоссальным дверям казался непостижимым; отказывались верить, что эти двери были сделаны из того же самого материала, который привыкли считать драгоценностью. Мелкие изделия этой же фабрики наши себе многочисленных покупщиков… Русское сердечное спасибо господам Демидовым за их выставку вообще. Они не щадили трудов, не убоялись значительных издержек, и явились с богатыми произведениями своими на суд всемирной выставки русскими богатырями. Посетители Хрустального дворца, глядя на разнообразие выставляемых господами Демидовыми материалов и изделий, не могут не удивляться изобилию Русской земли и смышлённости русского человека, умеющего пользоваться её дарами”.

Журнал “Современник" (1851, кн. 8, отдел IV, с. 136—154), цитируя “Morning Post”: “Но первое место между всеми русскими предметами как по богатству, так и по красоте, бесспорно, принадлежит малахитовым изделиям. Громадность, чудная отделка и вкус, которыми они отличаются, составляет небывалое до сих пор явление в истории искусств. На одном из рудников господ Демидовых несколько лет тому назад найдена была глыба, объёмом и красотой превосходившая все прежние. Из неё приготовлены были превосходные колонны для Исаакиевской церкви и те чудные вещи, которые красуются теперь на всемирной выставке. Эти произведения составляют важное событие в истории искусства, потому что до сих пор никогда ещё не употреблялись такие дорогие материалы для украшения частных домов. Нельзя также не заметить, что отделка их требовала очень значительного капитала, и, следовательно, мы должны смотреть на эту присылку как на одобрение, которым Россия почтила исполинскую мысль о всемирной выставке. Истощение приисков и трудность сбыта таких дорогих предметов, вероятно, надолго остановит приготовление других малахитовых произведений, и потому образцы, выставленные теперь в Кристальной палате, бесспорно составляют одно из самых достопримечательных и необыкновенных явлений в истории промышленности”.

Журнал “Сын Отечества” (1851, кн. 8, смесь, с. 22—23), цитируя “Journal de Debats”: “Россия также выставила великолепные произведения. Надо нарочно выстроить дворцы, чтобы поместить эти огромные двери и малахитовые вещи, наполняющие залу. Правда, они тяжеловаты, но истинно роскошны… Вообще, в выставке русских произведений есть что-то великое и роскошное; это богатство, добытое у природы и вырванное из недр земли”.

“Русский Художественный листок, издаваемый В. Тиммом” (1851, № 27): “Географическое положение России было причиною, что главная часть русских произведений была отправлена на Лондонскую выставку в течение навигации настоящего года, вследствие чего открытие Русского отделения в Хрустальном дворце произошло не прежде июня. Королева Виктория, в сопровождении своего семейства и иностранных гостей, осматривая с первого дня открытия выставки постепенно все её части, посетила также и Русское отделение… Рисунок, приложенный при номере 26, представляет Русское отделение, срисованное с натуры, при посещении оного Королевою Викториею. По бокам около колонн изображены два канделябра московского фабриканта Крумбигеля, литые бронзовые золочёные, каждый вышиной в шесть аршин, ценою в 3 000 рублей серебром. Внутри отделения, в центре, находятся малахитовые двери С.-Петербургской малахитовой фабрики господ Демидовых, вышиною 6 аршин, 3 вершка, а шириною в 3 аршина.

Эти двери, как и вообще все малахитовые изделия фабрики Демидовых, приводили в изумление посетителей Лондонской выставки, привыкших видеть малахит в небольших кусках, в виде мелких украшений, и считавших его чуть не драгоценным камнем. Малахитовые двери, оцененные в тридцать пять тысяч рублей серебром, по известиям иностранных газет, куплены богатым банкиром Гоппе за шестьдесят тысяч рублей серебром. Тут же расставлены прочие изделия малахитовой фабрики гг. Демидовых: вазы различной формы, ценою от 12 тысяч рублей до 20 тысяч рублей серебром (из них одна из больших куплена для князя Эстергази за 21 000 рублей серебром), столы, стулья и камин (10 000 серебром), вышиною в 1 аршин 12 1/2 вершков, шириною в 2 аршина 14 вершков”.

Журнал “Библиотека для чтения” (1851, т. 110, отд. IV, с. 15—16): “Все предметы, принадлежащие к разряду недоступных, чрезвычайно великолепны, начиная с малахитовой двери с фабрики Демидовых. Трудно определить, хотя приблизительно, каких издержек могло потребовать такое произведение. Известно, что малахит — камень столь дорогой, что его употребляют на украшения брошек и браслетов, — добывается очень небольшими кусками; из этого следует, что для получения массы его в 10 футов вышины и 5 ширины, из которой состоит эта превосходная дверь, надобно было истратить баснословные суммы; дверь сделана так же, как делаются мозаики; она удивительна по выполировке и украшена позолотою; тут же выставлены четыре малахитовые вазы, все с позолоченными украшениями. Вокруг малахитовых ваз разложены, без симметрического порядку и в чрезвычайном изобилии, куски малахиту и золота, добываемые в рудниках господина Демидова. Эти блестящие обломки, разбросанные с крезовской роскошью, придают Русскому отделению вид чрезвычайного богатства; подобно гордому великану, оно как будто надменно улыбается пигмеям, хотевшим подтрунить над ним”.

Демидовы получили главную награду выставки — Медаль Совета (Council Medal), малахитовые вазы — “Почётный отзыв”. “Санкт-Петербургские ведомости”, 1851, № 250, с. 1—3; “Сын Отечества”, 1851, кв. 11, с. 132; ЦГАДА, ф. 1267, оп. 9, д. 60, л. 85.