XVII—XVIII вв.

С развитием горнорудного дела конца XVII — начала XVIII века на месторождениях Прикамья, Среднего и Южного Урала, Оренбуржья центр обработки технологического малахита переместился в Россию. (См. «Секреты кружевного узора», ил. 9, 10, 11, 12.)

Этот поворот в истории малахита был обусловлен тем, что в лице Урала, на фоне основательно отработанных месторождений мира, Россия обрела нетронутую и поистине неисчерпаемую кладовую медных и железомедных руд. Размеры древних добыч здесь были невелики, а потому поднималась целина. Поисковыми и горнодобычными работами — с севера до юга — был охвачен практически весь Урал. Их масштабы по тому времени были огромны. К тому же, что оказалось не менее важным для истории малахита, его открытие совпало с общим ходом становления отечественного минералогического знания.

Кто и когда первым удостоил внимания штуф уральского малахита, навсегда останется в области догадок. В русской литературе первой половины XVIII века о нём не писали. Это было время, когда русской минералогии ещё не было, отечественная оригинальная и переводная литература о камне увлекалась заморской экзотикой. Из пятисот с лишним томов первой и второй трети XVIII века, просмотренных автором в поисках «следов» малахита, лишь два дали по коротенькой строчке. Малахит как бы растворился в меди и медной зелени.

В 1747 году в книге шведского минералога Валлериуса появилась современная форма названия камня — малахит (русский перевод Валлериуса вышел в 1763 году)⁶⁶. Эта новая форма была принята Европой. В конце 50-х годов XVIII века ею пользуется Ле Саж, применительно уже к уральскому, или, как тогда писали, сибирскому, камню. Со ссылкой на Ле Сажа в 1761 году уральский малахит детальнейшим образом описывает французский учёный аббат Шапп д'Отерош, посетивший Урал с целями астрономических исследований в этом же году. Снабжённое великолепными гравюрами, описание д'Отероша — лучшая из известных нам публикаций о малахите XVIII—XIX веков. Изданное во Франции, оно разнесло славу русского малахита по всей Европе. Надо отметить, что фундаментальное по объёму издание, предпринятое аббатом, не носит минералогического характера и уральский малахит в нём — единственный герой минерального царства⁶⁷.

О камне заговорили. Его искали. Им украшали минеральные кабинеты России и Европы.

К 1750-м годам относятся попытки классифицировать малахит. Различали «1. Совсем чистый тополовозелёный малахит. 2. С чёрными пятнами, который видом неприятен. 3. Смешанный с лазуревым камнем или медною синью. 4. Малахит с круглыми чертами или кругами, коих зелень бывает местами светлее: оные круги подобны видом ониксовым. 5. Светлый, зелёно-синий или бирюзового цвета малахит, который за наилучшей почитается» [Bruckmann 1757].

В 1777 году аббат Фонтан установил слагающий малахит минерал, оставив за ним то же имя⁶⁸.

Минералогический интерес к малахиту стал новой страницей в его истории. И лестно сознавать, что именно русский камень лёг в основу европейского геммологического знания о малахите⁶⁹.

Богатыми коллекциями уральского малахита располагали многие минеральные кабинеты: лучшими — кабинет Екатерины II в Зимнем дворце (коллекция была передана ею в Горный институт), кабинеты учёных-естествоиспытателей П. С. Палласа, И. И. Лепёхина, посетивших месторождения малахита на Среднем Урале; крупнейшей коллекцией малахита, оставившей далеко позади все прочие, владел граф Н. П. Румянцев (рассказывают, что в войну 1812 года её разыскивал Наполеон, мечтавший вывезти румянцевский малахит во Францию)...

Каталоги минеральных кабинетов XVIII — начала XIX века содержат немало интересных сведений о русском малахите, без которых реконструкция его истории была бы невозможна. Хорошо составленный каталог говорит о многом: о времени поступления образа, а стало быть, содержит хронику открытия камня; о давно забытых рудниках, шахтах... В записях каталогов видна социальная жизнь камня: его цены, владельцы, причины перехода из одной коллекции в другую, купли и продажи, обмены. По фамильным каталогам, составлявшимся не по одному десятку лет, можно видеть, как год от года меняются представления о камне, накапливается знание, как на смену привычным понятиям приходят новые, насколько чётче, конкретнее становятся описания, строже классификации. В этих деталях хороший каталог поспорит с иным минералогическим трактатом.

В 60-е годы XVIII века, в пору раннего знакомства с малахитом, его называли капельникообразным, мелкокапельниковатым, подобным сплывшей накипи, лучистым, пушистым малакитом. Таким предстаёт малахит в рукописном каталоге минерального кабинета неизвестного владельца, хранившемся в библиотеке графа Ф. Толстого и датируемом 1765 годом⁷⁰. Реестр минерального кабинета графа Н. П. Румянцева первой трети XIX века пользуется формой малахид, реже малакид, он различает: «пучками или звёздами скопленныя игольчатыя кристаллы атласного малахида, лучистой, в шарообразном виде, в мохообразном виде волосистый, наподобие звёзд и пучков, плотный малахид». Описания плотного малахита часто сопровождаются оценкой: «отличный по приятности цвета, необыкновенной плотности и величины». Со временем описания становятся точнее и строже. Вот как, например, описан в 1825 году малахит, извлечённый из Кыштымского рудника (Южный Урал): «Он состоит частию из плотнаго, а частию жилковатого малахита; местами покрыт железистым голышём желтоватобураго цвета и кварцем; большая же часть обложена глиною, составляющею главную породу сего месторождения. Обнажённыя части самого малахита представляют почкообразные и капельниковатые виды красивого зелёного цвета, малахиту свойственные. Во внутренности его замечаются пещеры, стены коих покрыты либо весьма нежным, бархату подобным, малахитом же, либо веществом чёрнаго цвета, образующим весьма мелкие, шару подобныя частицы... При доставлении сего куска на поверхность (165 кг. — В. С.) он почти нисколько не был поврежден, и как прекрасный штуф может служить украшением лучшего минерального собрания»⁷¹. В этом не только знание камня, но и эстетическое освоение всегда удивительного и неповторимого мира минерального царства.

Забегая вперед, отметим, что в 80-х годах XIX века о малахите будут писать ещё строже, суше, а классификация его сведется к трём основным видам: капельниковатому, атласному и лучистому — недавний любимец к этому времени уже выйдет из моды.

Пока же, особенно в первой четверти XIX века, коллекционирование малахита, как, впрочем, и собирательство минеральных кабинетов, становится не только потребностью, но и модой. «Московский телеграф» — модный журнал пушкинского времени — в 1831 году делился с читателем: «Щёголи парижские, например, собирают ныне у себя разные коллекции: иной раковин, другой птиц, третий зверей...». В России всему этому предпочитали камень. Вслед за учёными его начали собирать литераторы, художники, архитекторы, сановники. И, конечно же, никто не прошёл мимо малахита. «О нарочитом собрании малахита» в 1814 году писал В. М. Севергин в «Обозрении минерального кабинета Российского». В качестве сенсации Севергин называл полированную плиту размером 1,050ґ0,700ґ0,090 и «малахит охрусталованный, мало известной, весьма редкой» уральского происхождения. Малахит «Иностранного кабинета» был представлен здесь рудниками Гарца, Банната, Камсдорфа⁷².

В двадцатых годах современники отмечали богатую коллекцию малахита «Музеума» П. П. Свиньина — одну из достопримечательностей пушкинского Петербурга. Коллекция входила в состав Минерального кабинета собирателя, помещавшегося в доме на Михайловской площади. Кабинет посещался иностранными гостями Петербурга. Бывал в нём А. Гумбольдт. (В 1834 г. П. Свиньин объявил о продаже «Музеума», и коллекция малахита была продана с аукциона.)⁷³ Уникальными малахитами располагали кабинеты А. Строганова, В. Кочубея.

Представление о том, каким могло быть крупное частное собрание малахита тех лет, даёт дошедшая до нас полностью коллекция графа Н. П. Румянцева (хранилась в МГГА). Два реестра кабинета, 1828 и 1845 годов, содержат интересный материал о ходе знакомства с уральским камнем. Первый — так называемой коллекции Большого формата — отмечает поступления штуфов Турьинских, Богословского и Гумешевского рудников, малахита медистых песчаников Прикамья, редких образцов малахита на кварце Берёзовского золоторудного месторождения. Второй коллекции Малого формата — содержит описания малахита из рудников Златоустовского горного округа — особой достопримечательности уральского малахита. Коллекция в целом изобилует всеми разновидностями камня: лучистыми плёнками, розетковидными и веерообразными игольчатыми кристаллами, сноповидными лучистыми пучками, сталактитами, простейшими почковидными корочками и великолепными почками, правильно образованными кристаллами и штуфами окисленной медной руды, где в пустотах расселись малахитовые шарики-сферолиты, сложенные тончайшими волоконцами, нереально зелёные, с мягкой бархатистой поверхностью срезы окаменелого дерева, пустоты которого выполнены малахитовыми кристаллами или теми же шариками-сферолитами.

Особой достопримечательностью были малахитовые гиганты. Они сберегались в государственных собраниях как национальное достояние. Среди наиболее примечательных — два монолита музея Горного института в Санкт-Петербурге. Один весом 1,5 тонны (96 пудов) был передан сюда Екатериной II в 1789 году. Ей же в свою очередь его преподнесли наследники А. Ф. Турчанинова, владельцы Гумешевского рудника, как обломок монолита, весившего 2,7 тонны (170 пудов). Этот «осколочек» оценивался тогда в 100000 рублей⁷⁴. Другая глыба весом чуть более 0,5 тонны поступила сюда в 1829 году от владельца Кыштымского рудника на Южном Урале Л. И. Расторгуева⁷⁵. Ещё один монолит малахита весом около 0,5 тонны хранится в Нижнетагильском историко-краеведчкском музее. Он достался ему в наследство от крупных добыч 1830—1840-х годов в Медноруднянском руднике⁷⁶. По массе ему не уступает глыба из коллекции Свердловского историко-краеведческого музея.

В 1836 году в Горный музей Горного института Петербурга предполагалось передать знаменитую сорокатонную глыбу, встреченную в составе четырехсотвосьмидесятитонного малахитового гнезда, вскрытого на шахте «Надежная» в Меднорудянском руднике в 1835 году. Но то ли по техническим, то ли по коммерческим соображениям идея эта была оставлена.⁷⁷

⁶⁶ [Валлерий]. Минералогия, или Описание всякаго рода руд и ископаемых из земли вещей, сочинённое Иоганном Готшалком Валерием, Королевской Шведской Академии в Упсале Философии и медицины доктором а с немецкого на Российский язык переведена Действ. с.с. Берг-Коллегии президентом и Монетной канцелярии главным судьёй Иваном Шлаттером. Спб., 1763.

⁶⁷ [Auteroche 1/2, 1768].

⁶⁸ [Дэна 1953].

⁶⁹ В России не без ревности присматривались к зарубежному малахиту. В 1814 г. здесь знают о малахите Гарца, Банната и Камсдорфа. Позже появляются описания малахита Швейцарии и Тироля. В конце 20-х гг. XIX в. , когда малахит широко входит в моду, гиттенфервалтер Кун (горный чиновник для исполнения разных поручений), посетивший Польшу, Галицию и Прусскую Силезию, останавливает внимание на Медногорском руднике в Келецких горах, знаменитом тогда своим малахитом. В 1845 г. стало известно о малахите Австралии — опасались даже возможной конкуренции. Русские обозреватели Лондонской международной выставки 1853 г. заметили на ней появление малахита Шотландии, Ирландии, Корнвалиса, Девона. В минералогической литературе тех лет указывают на малахит Дилленбурга, Булуха, Венгрии и Шесси во Франции. В 1862 г., в пору почти повсеместного пресечения русского малахитного рынка, прочили славу малахиту испанских рудников Рио-Тинто и новых месторождений меди Австралии и Новой Зеландии. На Всемирную выставку 1862 г. в Лондоне были привезены хорошие куски малахита с гор силезского Исполинского кряжа, из рудника Бембе в Анголе, из Южной Австралии. Лучшими считались австралийские, добытые на острове Йоркском и на севере страны близ Спецерова залива в рудниках Бурра-Бурр и Кайпунда. На Международную выставку 1873 г. из Австралии была доставлена «пластина малахита, очень похожего на наш сибирский, но только более тёмного цвета». В 90-х гг. появились указания на малахит Норвегии.

В начале нашего века всё чаще появляются сообщения о малахите восточных штатов США. В 20-х гг. североамериканский малахит занял ведущее место на рынке цветного камня, потеснив австралийский. С 30-х гг. в полную меру заявил о себе известный в Европе ещё с 1806 г. поделочный малахит медных рудников Африки (Катанга в Конго, Цумеб в Намибии, Бвана Мкубва в Замбии) — он привлёк внимание сходством с уральским. В наше время источником поделочного камня по-прежнему остаются рудники Африки, а минералогические штуфы поступают на рынок из США; коллекционерам хорошо известны игольчатые кристаллы Бисби, Меренси, красивые концентрические образования с азуритом из района Глоб, малахит с халцедоном из гор Серрита, малахит с брошантитом из Гудспрингса. В 70-х гг. рынок минералогических образцов малахита был особенно богат камнем Австралии, Ирана, Испании, Сардинии, США, Чили. О находках этих существует большая иностранная литература, содержащая много интересного для коллекционера о необычных формах и состоянии малахита в природе. Укажу несколько последних статей из специальных и популярных зарубежных журналов, адресованных коллекционерам и получаемых нашими библиотеками:

Clark B. Collectors corner // Austral. Lapid. Mag. 1980, 16, № 6, p. 36—37 — приводятся сведения о формах проявления малахита в Австралии;

England B. Malachite pseudomorphs from the Sir Domonik mine, Arkaroola, South Australia. — Miner. Rec., 1980, 11, № 2, p. 73—76 — о псевдоморфозах и морфологических разностях малахита, о природе их образования;

Koritnig S. Malachit — Azurit // Aufschluss, 1981, 32, № 1, s. 1—5 — о происхождении малахита и азурита;

Lieber W. Malachit und Azurit von Arizona // Aufschluss, 1980, 31, № 7—8, s. 235—238 — о редких формах малахита, встречаемых в Аризоне (США);

Miller B. F. Working Chrysocolla // Gems and Miner., 1980, № 510, p. 24, 29 — о приёмах обработки хризоколлы и малахита;

McColl D. H. Pseudomalachite from Australia. — Miner. Rec., 1978, 9, № 5, p. 295 — о находке самого значительного из известных до сих пор скопления псевдомалахита в Новом Южном Уэльсе (Австралия);

Ruggiero Ed. Malachite inclusions in Cerussite from Tsumeb // Miner. Rec., 1977, 8, № 3, p. 100 — описан чрезвычайно редкий случай присутствия малахита в прозрачных кристаллах церуссита;

Thompson W. A. Chrysocolla pseudomorphs from Ray, Arizona // Miner. Rec., 1980, 11, № 4, p. 248—250 — о полости с кристаллами псевдоморфоз хризоколлы, встреченной на глубине 678 м.

⁷⁰ ОРИРК РНБ, у. 2. Каталог минерального кабинета неизвестно кому принадлежащего. (Предположительно 1765 г. — В. С.).

⁷¹ Известие об обретении нового медного рудника, в дачах заводов наследников купца Расторгуева // Горный журнал., 1825, ч. 1, кн. 3, c. 155—156.

⁷² Севергин В. М. Обозрение Минерального кабинета имп. Академии наук // Технологический журнал, 1814, т. 2, ч. 1.

⁷³ Свиньин П. П. Краткая опись предметов, составляющих Русский музеум Павла Свиньина 1829 года // Отечественные записки. — 1829. — Ч. 39, кн. 3, июль. — С. 43—45.

⁷⁴ Отечественные достопамятности или изображение русских исторических памятников и необыкновенных произведений природы, наук и художеств, находящихся в России. Ч. 1. — М., 1823.

Мельников. Путеводитель по Музеуму. — СПб., 1898. — (Горный институт императрицы Екатерины II). — С. 14, 39.

⁷⁵ Мельников. Путеводитель по Музеуму. — СПб., 1898. — (Горный институт императрицы Екатерины II). — С. 14, 39.

⁷⁶ «Малахитные кладовые Урала», ил. 49.

⁷⁷ Подробнее: «Меднорудянский феномен».