Железный век

Расцвет железного века с его новыми технологиями, новым сырьём потеснил технологический, но пробудил интерес к поделочному малахиту, переместив его на более высокую ступень в иерархии античных ценностей. Камень стал редок и желанен. Александр Македонский привозит с ахеменидского Востока увлечение поделками из малахита в эллинистическую Грецию и Македонию³¹. «Малахит, — передает Плиний Старший, — похваляется за хорошие отпечатки, которые производит при печатании»³².

Это время оставило несколько интересных памятников художественной обработки малахита: античную египетскую гемму с головкой богини Изиды³³; обломки треножного блюда из античной Иберии (Абхазия), найденные при раскопках городища Саркинэ в Грдзели миндори (Долинное поле) близ Мцхеты и датируемые IV—III веками до н. э.³⁴, малахитовую серьгу III века до н. э. — гуннского времени — из могильника Дарестуйский Култук на берегу реки Джиды в Бурятии³⁵. Наряду с бирюзой, нефритом и жадеитом малахит становится известен в инкрустациях китайских бронзовых вещей VIII—III веков до н. э.³⁶.

Сфера производства теперь довольствовалась низшими сортами. Главным в ней по-прежнему оставалось приготовление красок. Живы были египетские технологии. Рождались местные.

Некий Весторий из Путеол нашёл способ приготовления лазури. Витрувий счёл его «довольно замечательным» и рекомендовал современникам рецепт: «Растирают песок с селитрянным цветом настолько тонко, что он превращается как бы в муку; её посыпают опилками кипрской меди (малахит. — В. С.), содранными грубыми напильниками, для получения теста, которое затем скатывают руками в катышки и лепят их для сушки; после того как они высохнут, их складывают в глиняный горшок, а горшки ставят в печь; когда же медь и песок, нагревшись от сильного огня, сплотятся, то, взаимно друг в друга испаряясь, они утрачивают природные свойства и, потеряв свои качества под действием силы огня, достигают лазуревого цвета»³⁷.

Малахитовая зелёная краска — orobitus римлян — поступала в Грецию и Рим из Армении, Испании, Крита, Македонии. Лучшей считалась армянская, за ней шла македонская. В среде рядовых ремесленников наибольшее хождение имела испанская³⁸.

На Кипре для изготовления краски отбирали гроздьевидный малахит, известный в Риме под именем uva, как малахит и как разновидность «самородной» хризоколлы — в ту пору различали хризоколлу самородную и искусственную. Его подкрашивали травой лутум, измельчали в медной ступке, просеивали, мололи, ещё раз измельчали и снова мололи до тончайшего порошка. Порошок для размягчения заливали уксусом, вымачивали, снова толкли, промывали, сушили и затем уже смешивали с мелкоистёртым сланцем и травой лутум. На рынок orobitus поступал в сухом и жидком виде. «Лучшей краской, — писал Плиний, — считается та, зелёный цвет которой подходит к цвету зеленеющей нивы»³⁹.

На рубеже новой эры Теофраст, а затем Плиний предпринимают научное описание малахита в системе своих классификаций камней, суммируют опыт древних. Но крайне несовершенное знание камня, присущее этому времени, распылило малахит среди хризоколл, собственно малахита и даже смарагдов, создав изрядные трудности в идентификации.

³¹ Kuntzsch I. History of Jewels and Jewellary. Leipzig, 1979, p. 51.

³² [Плиний] Естественная история ископаемых тел Кайя Плиния Секунда, переложенная на российский язык в азбучном порядке и примечаниями дополненная трудами В. Севергина. СПб., 1819, c. 222.

³³ Банк Г. В мире самоцветов. М., 1979, c. 48.

³⁴ Бохочадзе А. В. Раскопки городища Саркинэ в «Грдзели миндори». — Археологические открытия. 1976. М., 1977, c. 469.

³⁵ Хамзина Е. А. Археологические памятники Бурятии. Новосибирск, 1982, c. 71.

³⁶ Kuntzsch I. History of Jewels and Jewellary. Leipzig, 1979, p. 74.

³⁷ Витрувий. Десять книг об архитектуре. T. I. M., 1936, c. 194.

³⁸ Витрувий. Десять книг об архитектуре. T. I. M., 1936, c. 147—148.

³⁹ Винер Н. Д. Очерк металлов, c. 311—312.