«Литос» № 6

«Сфинкс» Елены Опалевой

Содержание № 6
 «Сфинкс» Елены Опалевой
 Десять ступеней уральского камня: Ступень четвёртая

 «ЛИТОС» № 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
 Содержание «ЛИТОСА» по номерам; по рубрикам
 О «ЛИТОСЕ»
 О сайте

Хрупкая, изящная женщина с восточными чертами лица, большими карими глазами, одетая во всё чёрное — от всего этого веяло чем-то таинственным и печальным — такой предстала передо мной Елена Опалева, дизайнер АО «Ювелиры Урала». Теперь уже знаменитый дизайнер, не только у нас в России, но и за рубежом.

Поначалу не собиралась Елена связывать свою судьбу с искусством. Ну, рисовала довольно неплохо в детстве. О камнях даже и не задумывалась. Выбрала наш архитектурный институт, поступила. После окончания работала по профилю — не понравилось. Но институту всё же осталась очень благодарна, поскольку образование архитектора универсально, и она могла работать и архитектором, и просто художником. Да и дал он нечто особенное, — разбудил духовную струнку, которая не раз потом выручала.

Попробовала себя Елена во многих областях: работала архитектором, в торговой рекламе, занималась модой. Так постепенно пришла к ювелирному дизайну. Случайно ничего не происходит. Но Елене помог именно случай: познакомилась с женщиной, которая работала на ювелирном заводе. У той намечалась поездка в Японию, и надо было приодеться. Елена два раза спроектировала ей комплекты. Новая знакомая, к тому времени исполняющая обязанности главного художника на заводе, пригласила её к себе домой, а через полгода предложила и место на заводе в качестве  художника-дизайнера.

Делает эскизы Елена только на бумаге, и только для ювелирных украшений, используя природные и искусственные камни. В последнее время ориентируется на дорогие драгоценные изделия из золота и бриллиантов стоимостью 20 млн. рублей и выше. Работает уже с готовым сырьём, создавая эскиз под определённый камень. На заводе рамок и стереотипов не избежать. Но к этому привыкаешь. Хотя и здесь можно дать свободу фантазии. Всё благодаря смоленскому заводу, поставляющему камни. В его экспериментальном центре делаются виды огранки, единственные в своём роде. К примеру, один из камней имеет огранку в форме башни Кремля.

Надо одновременно и влиять на покупателя, и изучать его вкус — это принцип Елены. Нельзя постоянно навязывать своё: если я так вижу, то и вы должны это покупать. На 50% Елена ориентируется на заказчика. Внимательно выслушивает, что человек хотел бы, пытается узнать его вкусы.

— Приходится считаться с конъюнктурой, потому что это же должно продаваться. Я сознаю, что не создам произведение искусства, которое будут демонстрировать через несколько веков и говорить, что вот это — шедевр, но, по крайней мере, я сделаю те вещи, которые будут нравиться сегодня.

Не раз побывав за границей, Елена отмечает, что так, как носит камни русская женщина, не носит никто. Это что-то особенное, свой шарм, тонкий вкус.

Дизайнер — профессия творческая, требующая много энергии. Здесь всё построено на эмоциях, чувствах, фантазии. В каждый эскиз вкладываешь частичку души. Но Елена ещё с института воспитала в себе к работе профессиональное отношение.

— Где-то заставляю себя, где-то идёт с легкостью. Если передо мной стоит какая-то цель, значит я должна её достичь. Начинаешь работать с материалом, постепенно втягиваешься, становится интересно. Бывает, что заканчиваю какую-то работу, а хотелось бы ещё что-нибудь добавить, исправить. Но нужно уметь заставлять себя вовремя остановиться. Нужно во всём знать меру. Хочется иногда сделать что-то очень дорогое, но ведь это ещё нужно будет продать…

Хороший эскиз делается не за день и не за два. На один уходит месяц, полгода. Самые лучшие эскизы всегда находят своё материальное воплощение. К другим приходится возвращаться, дорабатывать в течение нескольких лет. Самые любимые эскизы Елена хранит дома, но и то недолго. Для неё они морально устаревают. Да и вообще от старых вещей она избавляется быстро — начинают раздражать.

Как у всякого художника, отдавшего солидный срок искусству, а Елена работает с камнями уже 6 лет, появляется стиль. Так называемая «рука мастера», которую можно чувствовать на всём, что сделано этими руками. Елена не любит помпезности, вычурности. Ей нравится конструктивный, геометрический стиль.

Вдохновляет Елену интерес к архитектуре. Частенько листает альбомы с видами городов, следит за модой. Все идеи она черпает из общей мировой культуры: архитектуры, живописи, скульптуры, обращается к каким-то определённым историческим периодам, к образам-аналогиям. Всё это Елена пропускает через себя, анализирует.

— Вообще я очень энергичный человек. Мне постоянно нужно что-то делать. День у меня начинается с зарядки, которую я делаю по часу. Ем очень мало, так что фигуру держу хорошо. Иногда мне достаточно стакана чая и хлеба с маслом, чтобы работать целый день. Свою энергию я черпаю в стрессах. Хочешь или не хочешь, но надо работать, иногда даже через не могу. Люблю работать одна, у себя в кабинете, забившись куда-нибудь в уголок, чтобы никто не мешал. Поэтому часто бегу из дома. Очень помогают мама, муж, сын. Они меня понимают. Сейчас даже больше, чем когда-либо. Чувствуют, что мне нужна поддержка.

Немало удивило то, что у Елены, напрямую связанной с камнями, не было ни одного украшения, не считая браслета.

— Я очень люблю всё строгое. То, что мне нравится — алмазы, стоит очень дорого. К тому же, если появились лишние деньги — я с большим удовольствием потрачу их на семью, сына, квартиру: надо ремонт делать, мебель купить. Да мало ли что ещё.

В камне Елена скорее видит амулет, а не украшение. В частности, в алмазе. Он дарит внутреннюю энергию. Это символ победы, силы. Кстати, алмаз, украденный или приобретённый нечестным путем, приносит несчастье. В Европе считается традицией дарить в семье бриллианты по случаю знаменательных событий, причём с каждым разом увеличивая количество карат.

Мажорный эпизод в жизни Елены — победа в конкурсе «Алмазные Международные премии», проводящемся в Париже фирмой «Де Бирс». Условия конкурса очень просты: изделие должно состоять не менее чем на 60% из бриллиантов, другие драгоценные камни не должны использоваться. Впервые за 53 года в числе победителей была Россия. Колье Елены Опалевой «Гизехский сфинкс» вошло в тридцатку призёров, выбранных из 2285 участников 14 стран мира, и было оценено в 1 миллион долларов.

— Это было что-то особенное, — вспоминает Елена, — шампанское, туалеты от Версаче, музыка… Нет, я не падала в обморок, увидев Париж. Это было не то что бы как у Золушки, случайно попавшей на бал, но что-то сродни. Где-то в глубине души меня пугал выход в высшее общество: я не знала толком, как нужно себя вести, что делать. Но потом я поняла, что все здесь настроены очень дружелюбно и открыто. Вообще за последнее время очень поменялось отношение к русским. Если раньше в их представлении русская женщина должна была выглядеть примерно так: в сарафане, с объёмными сумками, немного неуклюжая, то сейчас от этого образа не осталось и следа. Россиянок за границей сегодня чаще всего видят в норковых манто…

Колье Елены сияет 664 бриллиантами, прекрасно сочетающимися с нежной голубой эмалью. Полгода воплощали в жизнь задумку Елены эмальеры, закрепщики, огранщики АО «Ювелиры Урала». Исполнительный директор фирмы «Де Бирс» Энтони Оппенгеймер был очарован: к положенному «Призу Лауреата» он подарил Елене свою визитку, специально сделанную на русском языке.

Глядя на колье, поражаешься, насколько совершенно новое и неординарное создала Елена. Неординарное ещё и потому, что изначально задумывалось колье как мужское. Вдохновение видами египетских пирамид, чьи черты в нём ясно прорисовываются, вылилось в своеобразный симбиоз двух культур — Египта и России.

— У меня было огромное желание попасть на конкурс, доказать, что я что-то могу. Когда я проанализировала условия конкурса и посмотрела работы-победители за 10 лет, подумала, что есть какой-то очень маленький шанс. Если хочешь выиграть — надо создать что-то особенное, созвучное сегодняшнему дню.

Судьба «Сфинкса» ещё не решена. В течение года с 29 другими победителями колье будет выставляться в разных странах мира, а затем состоится его продажа на известнейших аукционах «Сотби» или «Кристи». Возможно, колье никогда больше не увидят на родине, в Екатеринбурге — слишком дорого оно стоит. Елена была бы счастлива, если бы её творение осталось в нашей стране. Вдвойне — если бы оно осталось в Оружейной палате Кремля.

— Хочу, чтоб им мог любоваться каждый.

Этот вопрос уже поднимался в правительстве. Им обещал заняться сам  Б. Н. Ельцин.

Ольга Гауман