|
«Литос» № 4 |
||
Десять ступеней уральского камня |
|||
Содержание
№ 4
|
Ступень третья: 1747—1764Восемнадцать следующих лет — 1747—1764 годы — ушли на создание и освоение техники обработки твёрдого камня, на решение главных вопросов: чем и как его обрабатывать, — рождались и набирали силу новые для русской промышленной культуры технологии. Верхнеяицкий вариант
Поворот к твёрдому камню произошёл в конце 40-х — начале 50-х годов и был обусловлен ростом дворцового строительства и созданием нескольких специализированных машинных производств, которые должны были обеспечить потребности в облицовочном камне. В 1745 году в самой столице начал работать «каменный завод, или скульптурного художества». В 1746—1747 годах на Урале, в Екатеринбурге, механиком Н. П. Бахоревым на базе первой мраморной мастерской Рейнера, заведённой в 1738 году, строятся две первые вододействуемые машины для обработки мрамора. От этих первенцев сразу же берут начало ещё несколько механизированных мраморных мастерских в самом городе и в его окрестностях. В 1747 году начинается организация мастерской по обработке яшмы на Южном Урале, в верховьях Яика (река Урал) в Верхнеяицком городке (ныне город Верхнеуральск Челябинской области). В 1748 году реконструируется старая мельница в Петергофе. С 1750 года по её образу и подобию строится мельница для обработки твёрдого камня в Екатеринбурге. Эти события связаны между собой, объединены единой программой, если вообще не являются её следствием. Строя мельницу в Петергофе, двор руководствовался желанием иметь мастерскую по обработке дорого камня в непосредственной близости от столицы, под своим оком. Урал, зарекомендовавший себя уже в 30-х годах мрамором и яшмой, рассматривался как кладовая или каменоломня, откуда столица могла бы получать сырьё и полуфабрикат. Чтобы избавить казну от дорогостоящих перевозок, мрамор целесообразно было вывозить вчерне обработанным, и в Екатеринбурге в те же годы, когда Исаак Брукнер строил свою мельницу в Петергофе, устроили мраморную мастерскую, подрядив на это дело Рейнера (становится ещё более понятным желание императрицы отправить Брукнера на Урал). На юге Урала начали работать партии столичных каменотёсцев, поставлявших яшму в Петергоф. Но планы ритмичной поставки яшмы отсюда оказались несбыточными, и программу, говоря языком нашего века, скорректировали. Возник план создания в верховьях реки Яик, ближе к обжитым русским населением районам, в Верхнеяицком городке, мастерской по обработке яшмы в полуфабрикаты и транспортировке камня через Екатеринбург в столицу. В расчёте на это реконструируется старая Петергофская мельница. Но работа с яшмой снова оказалась для неё пугающе сложна, фабрика перешла на мелкие ювелирные вещи, а продолжение эксперимента с яшмой предпочли перенести на Урал. Такому решению способствовало то, что к 1750-му году в Екатеринбурге сложилось несколько механизированных мастерских по обработке мрамора, успех этой техники вселял уверенность, что здесь справятся и с яшмой. Так, начиная с 1750-го года, создаётся центр обработки камня (как мрамора, так и яшмы). Верхнеяицкой мастерской отводилась роль поставщика яшмового полуфабриката. На Урал был послан гранильщик прапорщик Александр Жераховский. Ему поручалось набрать по Яику и прочим рекам Южного Урала яшмы и при посредничестве Оренбургской губернской канцелярии устроить на Яике мельницу для обработки этих камней. Инструмент для мельницы он должен был заказать по моделям, сделанным в Оренбурге, на Екатеринбургском заводе. Отсюда же, из Екатеринбурга, он должен был взять опытного гранильщика. Дело двигалось медленно. Пока Жераховский ехал в Екатеринбург, отсюда по депеше, полученной из Оренбурга, отправили к нему гранильщика М. В. Несенцова. По дороге они разминулись, и Несенцов, покружив со своим нехитрым скарбом по Оренбуржью, вернулся обратно. Предложили прапорщику искать гранильщика в Оренбурге. Оттуда в июне 1748 года пришёл отказ, правда, в нём не скрывали, что «здесь гранильщик один русский есть», но он занят обучением молодых людей мраморному делу и устройством мраморной мельницы. Заказ на инструменты от Жераховского принять отказались до получения указа Берг-коллегии. Та, без излишней расторопности, прислала его только к 20 апреля 1748 года. В мае инструмент был готов и можно было ехать. Но теперь задержка оказалась за Несенцовым. Поначалу его заняли на каких-то работах, а 18 сентября он был вызван по указу императрицы в Царское Село для работы над мраморными ступенями и балюстрадой. Вернувшись, он оказался без инструмента. 9 февраля 1749 года Екатеринбургская заводская контора, оправдывая задержку Жераховского, сообщала в Оренбург, что ею, наконец, приготовлен для Несенцова «гранильный станок с черневым личным кругом деревянным квадратом (квадрантом. — В. С.) и протчие принадлежащие к тому делу инструменты, так же доска чюгунная глатко сторонная величиною в аршин». 24 февраля 1749 года Жераховский и Несенцов, наконец, выбрались из Екатеринбурга. Кроме гранильного станка везли свинцовый и оловянный круги, два молота «с укладною наваркою», два ножа, «двадцать четыре кичтогов деревянных точильных, два струга со стальною наваркою с двумя к ним кленовыми колодками, десять железных луженых кругов, слесарную пилу», немного зелёной меди, русский трепел и немецкий наждак. Все это стоило Жераховскому 5 рублей 84 коп. С таким вот скарбом начиналась Верхнеяицкая яшмовая мастерская. 2 марта 1749 года они прибыли на место. Как развивались события дальше — неизвестно. Сохранилось свидетельство от 1756 года, из которого видно, что мастерская работала успешно. В этот год отсюда в Санкт-Петербург помимо «сырой» яшмы были отправлены «три посудины, обделанные из цветного агату (агатом в ту пору называли полосчатую яшму. — В. С.), найденного вновь каменотесцем Красавиным». 17 июля того же года из Кабинета е. и. в. здесь получили восторженный отзыв. Третья ступень уральского камня: Продолжение. («Литос» № 5) |
«ЛИТОС»
№ 